Человек перед лицом сакрального - Книга "Боги тропической Африки", Б. Оля

Древний человек обращался к тому огромному духовному миру, который сейчас мы называем сакральным, в поисках действенных средств, способных помочь ему разрешать практические проблемы жизни и гармонично включаться в окружающую его физическую среду. На том уровне интеллектуального развития он чувствовал себя слабым перед лицам неукротимых стихий и нуждался в моральной поддержке свыше. Он сотворил себе богов, которые должны были его опекать, и противопоставил их враждебным и опасным, по его мнению, силам.

С самого своего зарождения религиозная мысль проникала во все области жизни, объясняла сложившуюся иерархию, оправдывала и поддерживала общественные институты.

Постепенно создавалась литургия, основанная па мифах о сотворении мира. Система обрядов должна была, с одной стороны, усмирить силы недоброжелательные, а с другой - сделать более благосклонными силы доброжелательные.

Все сущее объяснялось в серии повествований. Из первоначального небытия выводилось верховное божество, т. е. основная динамическая субстанция, на которой будет покоиться общее видение космоса - бесконечного пространства; в центре его находится сам человек. Таково исходное положение для подлинно философского размышления, откуда появятся боги, духи, культурные герои и все остальное. Эта армия сверхъестественных существ будет поставлять пищу для метафизических представлений и породит то, что позднее станет догматом, а может быть, и теологией.

Всюду, где существуют мусульманские и христианские общины, отношения между ними отвечают нормам совместного проживания. Этим отношениям иногда, быть может, не хватает теплоты, но, как правило, они носят мирный характер и, принимая во внимание общность этнического происхождения, даже проникнуты духом терпимости.

На юг от устья р. Гамбия диола, флуп, байот, пепелъ, манджа, баланте и байнук образовали в Гвинее-Бисау сельские общины, не подчинившиеся евангелизации, хотя она проводилась здесь активно и давно, со времен первых мореплавателей. Так же обстоит дело и у островных жителей бидього. Они сумели сохранить до начала нашего века традиционные культы предков и богов, распределяющих земные блага. Надо сказать, что вообще о-ва Бижагош являются для этнолога настоящим «человеческим заповедником» с многочисленными и редкими особенностями.

В верховьях Казаманса встречаются скотоводы фульбе, которые не забыли древние культы священной коровы и оплодотворяющей змеи, но ежедневно в определенное время простираются на овечьих шкурах в направлении к Мекке. В представлении пастухов фульбе (Речь идет о племенах фульбе-бороро, сохранивших древнюю форму хозяйства (кочевое пастушество), социальную организацию и соответствующие верования и обряды), кочующих по саваннам и степям суданского пояса, живут еще древние атмосферные боги, в том числе молния, оповещающая о живительном дожде, чьим символом является большой небесный питон, т. е. радуга.

Среди такого населения, как фульбе, ведущего кочевую жизнь и разбросанного на больших пространствах, традиции все же сохраняются. Согласно одному из основных источников - собранию текстов обрядов инициации, известных под названием «Кумен», мы знаем, что создателя мира фульбе называют иногда Гено (Всевышним), а иногда Дундари (Всемогущим). Этот бог сотворил все существующее на свете из одной капли молока божественной коровы. Охрана первого стада животных была поручена гигантскому змею Тианаба, вышедшему из первобытных вод. Поэтому его образ служит символом пастушеского труда.

Напротив, в оседлых коллективах фульбе на склонах плато Фута-Джаллон исповедуется почти ортодоксальный ислам, которому образованные имамы придали налет интеллектуализма. Покоренные ими дьялонке и дьаканка не очень ревностные мусульмане.

Население Гвинейской Республики в целом находится под постоянным и сильным влиянием Корана. Оно сказывается слабее на приокеанской равнине — у сусу, налу, микифоре и бага, и у племен, живущих в лесах, - чем в той части района между Канканом и Куруса, где живут малинке мори. Отсюда учение пророка распространяется по далеким торговым путям.

Население устья «южных рек» - Понго, Нуньес, Ком-пону и других, сумело до самого последнего времени сохранить свои старые традиции.

В Верхней Гвинее (Верхняя Гвинея - природная область западносуданского побережья, в пределах которой полностью или частично расположены Гвинея-Бисау, Гвинейская Республика, Сьерра-Леоне, Либерия, Берег Слоновой Кости, Гана, Того, Дагомея, Нигерия) также сохранились обычаи проводить обряды посвящения с ритуальными масками.

В прибрежных районах стран Гвинейского залива: Сьерра-Леоне, Либерии, Берега Слоновой Кости, Ганы, Того и Дагомеи (с конца 1975 г.- Народная Республика Бенин) - ныне господствуют синкретические движения. Они возникли в результате столетнего наступления христианского учения на местные культы. Именно в этих местах прорицатели рядятся в тогу пророка и, прибегая к помощи заимствованных у Библии бесчисленных духов и ангелов, основывают сепаратистские церкви, существующие более или менее длительный период. Накануне первой мировой войны либерийский пророк Уильям Ваде Харрис низвергал здесь идолов и зачаровывал толпы людей. И все же в деревнях, где существуют два или три храма и кажется, что люди живут под знаком креста, так называемый фетишизм не умер. Еще больше он процветает в лесном районе, населенном племенами кру, бете, гере, дан, а также в промежуточной зоне между северным краем лесного массива и саваннами центральной части Берега Слоновой Кости. В этих местах бауле, гуро, йауре и многие другие довольно безразличны как к христианству, так и к исламу.

Из наиболее распространенных, но тесно связанных с традиционной практикой производных культов назовем в качестве самых ярких примеров Тетекпан и Деима. Культ Деима был основан пророчицей одной из групп бете, годье; этот культ уделяет главенствующее место женскому началу и символике очистительного огня.

Первостепенную роль в обеих литургиях играет публичная исповедь с целью очищения. Дальше на север открытые суданские равнины предоставили возможность мусульманской религии довольно легко укорениться среди всех народов, принадлежащих к языковой семье менде и определивших характерные черты демографической карты этой огромной части Африки. Однако другие крупные этнические группы сумели уберечь свои традиционные культы, но крайней мере в повседневной народной практике, от внешних влияний и тем более от полного исчезновения. Бывает, правда, что при этом семьи вождей на протяжении нескольких поколений исповедуют ислам. Наиболее типичные и широко известные в специальной литературе примеры мы находим у сенуфо, манья и особенно у бамбара.

Положение в Верхней Вольте представляет собой исключение: здесь против местных религий выступил не ислам, а несколько активно действующих католических миссий. Их возглавляет архиепископ-африканец, резиденция которого находится в Уагадугу. Но, как и в других местах, широкие массы моси, бобо, гурунси, дафинги, и лоби по-прежнему придерживаются своих древних обычаев.

В кругах интеллигенции прибрежных городов Ганы, Того и Дагомеи значительным влиянием пользуются не только католические, но и, может быть, еще в большей степени протестантские миссии.

Эффективность евангелистской деятельности в этих районах систематически поддерживается соответствующей системой образования как первой, так и второй ступени.

Однако чем ближе к Нигерии, тем это влияние слабеет. В Федеративной Республике Нигерии йоруба, народы Центрального плато, дельты, а также хауса на редкость сплоченно создают непреодолимый барьер христианскому миссионерству. Первые три из перечисленных здесь групп населения придерживаются культов традиционного типа, а последняя решительно встала под зеленое знамя полумесяца.

Положение в Экваториальной и Центральной Африке настолько сложно, что мы не сможем здесь разобрать его подробно. В целом его можно охарактеризовать следующим образом: традиционные религиозные институты слабо организованы, но располагают очень крепкими позициями в укладе повседневной жизни и непрерывно ведут своего рода партизанскую войну против терпеливых усилий миссионеров.

На всем западном побережье континента от Фритауна до Кейптауна развиваются сепаратистские движения; их импульсы выходят за рамки чисто духовной жизни и сливаются с воинствующим национализмом.

Северный Камерун, окрестности оз. Чад, большая часть бассейна р. Шари, вся Восточная провинция Республики Заир, а также северная часть Уганды являются, по существу, вотчиной мусульманских проповедников. Отметим, что границы господства традиционных религий, христианства и ислама, нигде нельзя установить точно. С течением времени они накладывались друг на друга, переплетались, изменялись и в конце концов окончательно запутались. И нет таких заслуживающих доверия источников или объективных статистических данных, которые помогли бы нам в них разобраться. Если судить по официальным сведениям, то можно считать, что 55% населения Тропической Африки — приверженцы традиционных культов, 35% —мусульманства и 10% — христианства.

Продолжим все же наш обзор. Оставляя в стороне Эфиопию и Сомали, пойдем дальше через Кению и Танганьику (теперь Танзанию). На протяжении веков приморские районы Танганьики были открыты для проникновения Корана. Однако рядом с мечетями в каждом мало-мальски крупном центре насчитывается не меньшее число индуистских храмов, построенных иммигрантами из Индии.

Кочующие воинственные пастухи масаи, подчинившие своему влиянию несколько соседних групп, таких, как нанди, сук, ндоробо и туркана, ведут, несмотря на появившуюся в последнее время тенденцию к оседлости, слишком независимый образ жизни, чтобы попасть в сети какой-либо миссионерской пропаганды. Их контакты с теми небесными божествами, без которых, по их мнению, нельзя обойтись — ведь это они при посредстве предков обеспечивают регулярные дожди, а также хорошие пастбища для скота,— носят несистематический и несколько пассивный характер.

Так же в общем обстоит дело у нилотских народов: шиллуков, динка, ануаков и нуэров, живущих вверх по течению рек Бахр-эль-Газаль и Белого Нила в направлении к Кордофану.

Земледельцы акикуйю обладают высоким коэффициентом сопротивления внешним влияниям, особенно с тех пор, как добились независимости.

Провинции Заира — Катанга, Нижнее Конго, а также Ангола, расположенные по ту сторону Великих озер,— в разной степени пережили проникновение христианства. Наряду с этим они создают, как об этом свидетельствует, в частности, опыт баконго, сепаратистские церкви или же, правда реже, возвращаются к временно заброшенным семейным алтарям. Несмотря на все пертурбации, крупные этнические группы глубинных районов — балуба, балунда, вачокве и др.— продолжают поклоняться старым богам.

Мозамбик издавна подвергался систематической евангелизации португальскими священниками. Результаты ее менее заметны в деревнях и более — в городах, особенно в Лоренсу-Маркиш и Бейре. Здесь живет много белых поселенцев, и, возможно поэтому, католицизм, за редким исключением, отличается в этих местах большой ортодоксальностью.

В Родезии, Замбии и Малави ни местные верования, ни импортируемые культы не имеют большой силы. Однако появление в южных районах нескольких автономных сект — неуклюжих копий с христианского догмата — предвещает огромное распространение всякого рода организаций мессианского типа, как это, впрочем, характерно для духовной жизни всей Южной Африки наших дней.

В Южно-Африканской Республике насчитывается свыше тысячи независимых церквей. В этом находят выражение, с одной стороны, религиозные чувства, присущие африканскому населению, а с другой — их протест против господства белых. Одни из церквей очень малочисленны и насчитывают около сотни членов, другие состоят только из женщин и детей, третьи вообще являются эпизодическими организациями, не имеющими четкого построения. Но есть и такие, которые по случаю крупных религиозных праздников собирают по нескольку десятков тысяч человек, и поэтому их роль в общественной и духовной жизни очень велика. Во время специальных сборищ некоторые люди с повышенной чувствительностью впадают в транс, вещают на никому не известных языках и, чтобы очиститься от грехов, публично исповедуются. Среди основных обрядов отметим коллективные крещения с погружением в воду по Ветхому завету и принятие святой воды.

Итак, мы видим, что в Африке, как и во всем мире, «поиски живого бога» идут по очень различным, а иногда еще никем не разведанным путям, в зависимости от мышления того или иного общества людей и от материальных условий данной эпохи. То тут, то там появляются реформаторы, пророки, честные фанатики или демагоги и начинают проповедовать новое учение. Как правило, их призыв находит отклик и за ними идет определенное число последователей.

 
Оставить отзыв  ↓
 
Ещё никто не оставил отзывов.
 
Рейтинг@Mail.ru